Новак: «Турецкий поток» - знаковый проект для России и Турции

МОСКВА

Министр энергетики РФ, сопредседатель Межправительственной смешанной Российско-Турецкой комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству Александр Новак прокомментировал «Анадолу» тему двусторонних отношений в преддверии визита президента России Владимира Путина в Стамбул.

Глава российского государства посетит в понедельник Стамбул с целью участия в церемонии завершения строительства газопровода «Турецкий поток» в Черном море.

- Сколь значим «Турецкий поток» для связей Турции и России, а также для геополитической и экономической ситуации в регионе?

Безусловно, такой проект, как строительство газопровода, является одним из знаковых и крупнейших экономических проектов между нашими странами и носит стратегический характер, о чем неоднократно говорил и президент Владимир Путин, и президент Рэджеп Тайип Эрдоган.

Таким образом, закладываются экономические отношения на многие десятилетия вперёд. Реализация этого проекта позволит Турции полностью обеспечить себя газом напрямую из России.

Как вы знаете, у нас сейчас примерно половина газа экспортируется из России в Турцию по «Голубому потоку», напрямую из России, а вторая половина - через ряд транзитных стран. Строительство двух ниток общей мощностью 31,5 млрд кубических метров газа позволяет полностью обеспечить поставки газа для внутреннего потребления и экономического роста Турецкой Республики объёмом поставок в 15,75 млрд кубометров газа.

Кроме того, Турция становится страной, которая будет обеспечивать транзит газа для европейских потребителей юго-восточной Европы.

Сейчас рассматриваются разные варианты дальнейших поставок газа в Европу, тоже в объёме 15, 75 млрд кубометров газа. Один из вариантов - в направлении Болгарии, Сербии, Венгрии.

Также перспективные направления - Греция и Италия. Это, конечно, очень серьёзный проект, который в наших отношениях является одним из ключевых.

- Товарооборот между Турцией и Россией растет быстрыми темпами. Каковы перспективы углубления сотрудничества в таких сферах, как энергетика, сельское хозяйство, оборонная промышленность, туризм и машиностроение?

Действительно, мы наблюдаем увеличение торгового оборота.

Рост торговли, увеличение взаимных инвестиций между нашими странами - эта та задача, которая поставлена перед нашими экономическими операторами, перед министерствами.

Наряду со стороительством газопроводной подводной инфраструктуры крупнейший знаковый проект - строительство атомной электростанции в Турции. Что касается торгового оборота, в этом году мы видим, что общеторговый оборот вырос на 26%.

При этом, что интересно и важно, увеличиваются поставки не только из России в Турцию, но более высокими темпами растут поставки из Турции в Россию.

Экспорт из России, за 9 месяцев этого года по отношению к периоду прошлого года, вырос на 24%, при этом импорт из Турции в Россию вырос на 36,6 % в целом.

Ключевой составляющей является энергетика. Тем не менее мы развиваем сотрудничество и в сельском хозяйстве, здесь тоже наблюдается рост торгового оборота и рост поставок из Турецкой республики в Россию.

Общие темпы роста для сельского хозяйства составляют примерно 30% за 3 квартала этого года по отношению к тому же периоду прошлого года. Это тоже очень большие показатели.

Созданы все необходимые условия, сняты все ограничения по поставкам, которые были ещё несколько лет назад, здесь мы видим большие перспективы. Конечно, мы работаем над развитием отношений и в других сферах - это и промышленность, и транспорт: те же перевозки автомобильным транспортом достаточно активны, осуществляется воздушное сообщение.
Развивается сотрудничество и в культурой сфере, в туризме.

В этом году, вероятно, побьем рекорд по количеству туристов, посетивших Турцию и ожидаем, что это количество вырастет с 4,7 млн человек в прошлом году до более чем 6 млн в текущем.

Конечно, надеемся, что и туристы из Турции будут активнее посещать наши города, наши достопримечательности.

- Многие эксперты считают, что США используют доллар как инструмент политического давления. Каковы, на ваш взгляд, возможности использования национальных валют в двусторонней торговле.

На встречах президентов России и Турции эта тема всегда была одной из основных.

Перед нами ставится задача и по увеличению торгового оборота, и расчетов в национальных валютах - турецкой лире и российском рубле.

Это направлено, в первую очередь, на развитие наших финансовых систем, снижение рисков, связанных с различными международными ограничениями. И мы уже достигли заметных результатов.

В экспорте российских товаров расчёты в национальных валютах занимают 12%, а в импорте из Турции в Россию - около 40% было обеспечено расчетами в национальных валютах.
Будем и дальше двигаться в этом направлении.

Мы также дали старт биржевой торговле парой российский рубль - турецкая лира на Московской бирже. Наше взаимодействие также идёт в рамках рабочей группы, в которой участвуют и центральные банки двух стран, министерств финансов. Будем эту работу продолжать, считаю, что это движение в правильном направлении.

- Ещё один важный вопрос - визовый режим для граждан Турции. Когда мы увидим прогресс в отношении визового режима для турецких граждан?

Наши министерства иностранных дел в постоянном контакте. Недавно, 1 ноября, были проведены соответствующие консультации, российские предложения по снятию ограничений, в том числе и для владельцев служебных паспортов, и для водителей автотранспортных средств, были направлены турецком партнёрам.

В этой части, мы движемся по направлению либерализации, что должно, в первую очередь, быть направлено на более свободное перемещение наших граждан, бизнеса, в целях развития отношений.

- Озвучивалось мнение о том, что Россия сможет профинансировать проект АЭС «Аккую», если это будет необходимо, а также о заинтересованности турецких и иностранных компаний к участию в проекте. Каковы на ваш взгляд перспективы строительства АЭС на юге Турции?

Как я уже отмечал, АЭС «Аккую» считается нашим знаковым проектом, ее строительство идёт по графику, готовится персонал, будущие кадры сейчас обучаются в Российской Федерации, в наших вузах.
Этот проект в целом реализуется полностью за счёт средств РФ, в частности, «Росатома».

Тем не менее, мы сохраняем свою заинтересованность в привлечении турецких партнёров в проект в качестве инвесторов, при условии, что российская компания сохранит 51% в прокте, как это предусмотрено соглашением.

На мой взгляд, появление турецких партнеров в проекте подтолкнёт развитие наших взаимооотношений, поможет диверсифицировать инвестиции, помимо прочего, наши турецкие партнёры получат соответствующий опыт в реализации подобных крупных проектов. В этом нас поддерживает и наше правительство. Это, конечно, предмет коммерческих переговоров соответствующих компаний.

- США усиливают давление на европейские страны с целью увеличения потребления американского СПГ и снижения закупок российского газа. Как вы оцените подходы США к европейским газовым рынкам?

Исходим из того, что мировой газовый рынок должен быть конкурентным. Европейский рынок достаточно большой, он диверсифицирован, у него много поставщиков - как трубопроводного, так и сжиженного природного газа. Весь вопрос заключается в условиях поставок.

Считаем, что трубопроводная транспортировка на сегодняшний день - наиболее надежный, наиболее эффективный способ доставки газа. Это подтверждается, в том числе, практикой наших 50-летних взаимоотношений с Европой.

Кстати, в последние годы именно российский газ был тем единственным источником дополнительных объёмов при наступлении непредвиденных холодов. И у нас сохраняются свободные мощности, возможность увеличить поставки газа в любой момент в соответствии с потребностями.

На нашей стороне - конкурентные цены, которые на сегодняшний день относительно американского газа меньше на 25-30%, иногда дисконт доходит и до 40%.

Недавно пришла новая информация, что за последнюю неделю из-за холодов на Генри Хаб цены выросли в полтора раза, то есть полтора доллара добавилось сразу. Это означает, что американский газ стал ещё менее конкурентноспособным.

Что касается действий США, которые проводят протекционистскую политику, то это противоречит законам рынка и противоречит в целом стимулам для развития экономики. Понятно, что они для этого используют давление, в том числе и политическое. Но страны-потребители должны сами определяться - на каких условиях и по каким ценам они могут покупать.

Мы выступаем за свободную торговлю, за свободные рынки на этом направлении. И только свобода выбора может обеспечить и конкурентоспособные цены, и долгосрочность взаимоотношений, понятные перспективы и долгосрочное планирование.

- Как Россия относится к договоренностями о сокращении добычи нефти в рамках ОПЕК+?

Во-первых, мы считаем, что соглашение, которое было заключено в декабре 2016 года, сыграло свою положительную роль в стабилизации ситуации на нефтяном рынке. Период спада, так называемую «яму» сокращения инвестиций и снижения цен, мы прошли за более короткий период, чем тот, которой мог бы быть, если бы мы совместно не приняли решения о сокращении объемов добычи.

Сейчас ситуация более стабильная на рынке, складывающиеся на рынке цены отвечают интересам экспортеров и импортеров.

В то же время мы видим, что на рынке сохраняются неопределённости, которые вызывают волатильность цен.

Конечно, это связано и с неопределённостями в санкционной политике США по Ирану - санкции и ожидания очень сильно дестабилизировали рынок.

Кроме того, мы видим ещё продолжающееся падение добычи в Венесуэле, в Мексике, очевидно, что эти страны ещё не оправились от нефтяного кризиса.

До конца неясно, когда остановится падение добычи и начнётся восстановление. Наконец, видим достаточно волатильную добычу в США - в последнее время добыча там существенно повысилась, хотя до этого была стагнация.

Все эти факторы нужно, безусловно, анализировать с тем, чтобы в дальнейшем они были использованы для принятия решений.

Мы, в целом, выступаем за сохранение сотрудничестваза рамками 2018 года, вместе со странами, которые входят в так называемое соглашение «ОПЕК плюс». До этого, в начале декабря, мы обсудим соответствующие подготовленные проекты документов о дальнейшем сотрудничестве. Ещё раз повторяю - этот инструмент показал свою эффективность, и он может быть задействован при необходимости

- Россия и Турция официально выступили против нового режима санкций США против Ирана. Какие шаги могут предпринять наши страны во избежание негативных последствий американских санкций?

Для нас это не новая ситуация, когда в отношении Ирана вводятся санкции. И до 2015 года, когда они были сняты, мы взаимодействовали с Ираном и развивали торгово-экономическое сотрудничество.
Я считаю, что мы и дальше сможем продолжить его.

Мы не признаем санкции, которые были введены в одностороннем порядке без одобрения Советом безопасности ООН.

Будем продолжать искать механизмы сотрудничества, один из них - это расчеты за поставленные товары в виде использования национальных валют. Думаю, это даст нам возможность также развивать сотрудничество с Ираном.

До 2015 года хозяйствующие субъекты использовали все существующие механизмы и инструменты, в том числе и бартерные схемы для расчетов.

Конечно, санкции все усложняют, поэтому нам переходить на расчеты в национальных валютах как наиболее простой способ.