Саммит лидеров НАТО: открывается ли новая страница для альянса?

Преподаватель Национальной разведывательной академии профессор Нуршин Атешоглу Гюней написал для аналитического отдела «Анадолу» ( AA Analiz) о решениях, принятых на саммите лидеров НАТО, состоявшемся в Гааге 24-25 июня, а также роли Турции в альянсе

***

Завершился саммит лидеров НАТО, проходивший 24–25 июня в Гааге (Нидерланды) с участием 32 государств-членов альянса.Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте в интервью Chatham House накануне саммита заявил, что итоговая декларация будет довольно краткой, а вопрос Украины не получит детального освещения.Европейские союзники уже давно разрабатывают планы, направленные на то, чтобы гарантировать сохранение трансатлантического единства во время второго президентского срока Дональда Трампа. Они также стремятся убедить его в необходимости сохранять приверженность европейской безопасности.Тем не менее, в рядах европейских членов альянса сохраняются опасения, что на фоне риторики Трампа «Америка прежде всего» существует риск того, что США могут дистанцироваться от союзников, если их не удастся убедить в важности продолжения поддержки.

Новое решение старой проблемы: одобрение распределения бремени и 5%

Во время своей предвыборной кампании Дональд Трамп заявил, что, если некоторые страны альянса не увеличат свои оборонные взносы во время его второго президентского срока, он бросит их на произвол судьбы в случае конфликта с Россией. Это не первый раз, когда Трамп поднимает вопрос оборонных расходов союзников по НАТО. На предыдущих саммитах эта тема также обсуждалась, и многие страны уже увеличили свои взносы до 2 % от валового внутреннего продукта (ВВП) еще до Гаагского саммита.В рамках Гаагской декларации было принято решение, что страны-члены альянса будут выделять 5 % от своего ВВП на оборонные нужды НАТО. Из этой суммы 3,5 % будут направлены на основные расходы, связанные с «жесткой» обороной, а оставшиеся 1,5 % — на другие статьи, такие как развитие инфраструктуры и научно-исследовательские разработки.По сути, НАТО удовлетворило требования Трампа по справедливому распределению финансового бремени. При этом предусматривается определенная гибкость для стран-членов, поскольку все понимают масштабы такого увеличения расходов. Например, на саммите было решено, что установленные цели должны быть достигнуты к 2035 году. В то же время санкции в отношении государств, которые могут отложить реализацию этих обязательств, не предусмотрены. Таким образом, НАТО удалось продемонстрировать единство и солидарность даже в эпоху трампизма.

Укрепления сдерживания НАТО путем вооружения

Однако решение об увеличении оборонных расходов НАТО на уровне отдельных стран — это не просто вопрос справедливого распределения финансового бремени. Важным аспектом также является стремление альянса усилить свое военное сдерживание в ответ на предполагаемые текущие и будущие угрозы.На встрече министров обороны НАТО, прошедшей накануне саммита, были определены конкретные военные возможности, которые необходимо срочно приобрести. В этом контексте был одобрен новый процесс перевооружения, направленный на повышение сдерживающего потенциала альянса. По словам Рютте, в настоящий момент ни одна держава не способна бросить вызов военной мощи НАТО. Однако, как он отметил, если в течение следующих 5–10 лет не будут приняты соответствующие меры — будь то усиление военной мощи или активное участие в технологической конкуренции — возможна прямая угроза со стороны России. Поэтому очевидно, что европейские страны начали принимать срочные меры в сфере оборонной промышленности. Таким образом, на саммите лидеров НАТО в Гааге, используя риторику о «российской угрозе», альянс фактически открыл новую эру гонки вооружений и выразил стремление к укреплению и увековечиванию евроатлантических оборонных связей. В интервью Рютте охарактеризовал НАТО как альянс, который силен, справедлив и обладает смертоносной огневой мощью.

Европа меняется

Согласно заявлениям Рютте, трансатлантическая связь сегодня важна как никогда ранее. Это связано с тем, что европейская и азиатско-тихоокеанская безопасность становятся все более взаимосвязанными. Ярким примером этого, по его мнению, является участие северокорейских солдат на линии фронта в российско-украинской войне.Многие из решений, принятых на саммите лидеров НАТО, продиктованы осознанием возможного сценария, при котором США в будущем могут отказаться от роли гаранта безопасности в Европе. Именно поэтому европейские члены альянса стремятся как можно быстрее выполнить требования по усилению собственного сдерживающего потенциала. В этом контексте становится очевидно, что альянс придает особое значение укреплению связей НАТО-ЕС.Кроме того, одной из ключевых тем обсуждения стало увеличение производства вооружений, особенно с применением новейших технологий, наряду с ростом оборонных расходов. Отвечая на вопрос о том, как можно объяснить рост военных расходов европейским гражданам, Рютте отметил, что это задача национальных политиков, а не его самого. Однако он добавил, что расширение оборонного производства может способствовать созданию значительного числа рабочих мест в странах Европы.

Растущая значимость Турции в новом сдерживающем факторе НАТО

В настоящее время Турция является одной из важнейших стран НАТО. Турция обладает второй по величине сухопутной армией в альянсе после США, входит в пятерку стран, вносящих наибольший вклад в военные операции НАТО . Наконец, Турция входит в восьмерку стран, вносящих наибольший вклад в бюджет альянса. Все это подчеркивает значимую роль Турции в обеспечении европейской безопасности и усилении сдерживающего потенциала НАТО, чему было уделено особое внимание на саммите в Гааге. Президент США Дональд Трамп одним из первых осознал важность Турции для укрепления обороны альянса. Теплое взаимодействие между ним и президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом во время встречи в Гааге стало наглядным подтверждением этого. Союзники по НАТО также отмечают успехи Турции в области оборонной промышленности. В этом контексте генеральный секретарь НАТО Марк Рютте заявил: «Мы должны как можно теснее интегрировать турецкую оборонную промышленность с производственными возможностями Великобритании, Норвегии и стран ЕС». Принятая на саммите идея по наращиванию производственных мощностей оборонной отрасли на евроатлантическом пространстве, а также намерение снять существующие ограничения и наладить новые партнерства, открывает перед Анкарой «новое окно возможностей» для сотрудничества с европейскими союзниками. В условиях новой архитектуре европейской безопасности и с учетом ограниченных возможностей альянса в ряде сфер, НАТО стремится к более тесному взаимодействию с Анкарой. И об этом свидетельствует активный дипломатический трафик на полях саммита президента Реджепа Тайипа Эрдогана. Президент Эрдоган встретился со многими европейскими лидерами, включая канцлера Германии Фридриха Мерца, президента Франции Эммануэля Макрона, премьер-министра Великобритании Кира Стармера и премьер-министра Нидерландов Дика Схофа. Таким образом, можно говорить о формировании более плотной коммуникационной платформы между Турцией и НАТО в контексте новой евроатлантической безопасности и в преддверии следующего саммита лидеров альянса, который состоится в Турции в 2026 году.

[Профессор Нуршин Атешоглу Гюней, Национальная разведывательная академия]

Мнения в статьях принадлежат автору и могут не отражать редакционную политику агентства «Анадолу»