МИД РФ: Москва не стремится к конфронтации с США

Москва считает необходимым сохранять каналы коммуникации с США открытыми, не стремится к конфронтации с Соединенными Штатами, заявила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова.

«Мы считаем, что важно оставлять линии коммуникации открытыми, собственно говоря, их и оставляем. Мы не стремимся к конфронтации, выступаем за прагматичное сотрудничество в интересах народов наших стран, но при этом эти интересы умеем защищать», - сказала Захарова на брифинге в четверг, комментируя инцидент с американским беспилотником над Черным морем.

Она отметила, что по инициативе американской стороны по этому вопросу состоялись контакты министров обороны России и США, а также руководителей Генштабов двух стран.

Официальный представитель МИД РФ также напомнила, что 14 марта посол России в Вашингтоне Анатолий Антонов был приглашен в Госдепартамент, где «категорически отверг инсинуации американской стороны, подчеркнул, что американский беспилотный летательный аппарат, уверенно и провокационно двигавшийся в сторону российской территории с выключенными транспондерами, нарушил границы района временного режима использования воздушного пространства, который был установлен в целях проведения специальной военной операции».

Захарова на вопрос корреспондента АА «Российские официальные лица не раз озвучивали подозрения о том, что за подрывами Северных потоков стоят США. Обращалась ли российская сторона в Вашингтон за разъяснениями по этому вопросу», ответила следующими словами.

«Мы неоднократно публично говорили, и в том числе говорили американским представителям. И в нашем комментарии от 21 февраля содержится следующая цитата: «с российской стороны было акцентировано, что США должны дать объяснения по поводу взрывов на газопроводах Северный поток 1 и Северный поток 2, и не мешать объективному расследованию для установления виновных». Поэтому ответ короткий — да».

Далее последовал следующий вопрос АА: «Не могли бы вы прокомментировать репортаж The New York Times, где со ссылкой на нынешних и бывших чиновников, которые не уполномочены говорить об этом публично, говорится о намерении Международного уголовного суда возбудить два дела о военных преступлениях, связанных с российским вторжением в Украину, и запросить ордера на арест нескольких человек?»

На этот вопрос Мария Захарова сказала: «Я бы хотела обратить внимание, что в репортаже New York Times не прямая цитата, а слова, приписываемые каким-то чиновникам, нынешним и бывшим, это называется «управляемые утечки». Вот на этом на всём вообще построена информационная работа в Британии. Теперь, к сожалению, этим занялись и в Соединенных Штатах уже масштабно. Раньше они себе это только позволяли, там был всё-таки институт журналистики, теперь всё больше подминается управяемыми утечками.

А что такое управляемая утечка? Кто-то сказал. Кто? Какой чиновник? В каком ведомстве? Даже этого не сказано. То ли нынешний, то ли бывший, ничего не известно. А почему не говорится даже из какого ведомства это утекло? Да потому что тогда можно запросить это ведомство официальное, и спросить об официальной позиции. Вот это всё (утечки) нужно для того, чтобы держать тему на плаву, но при этом не нести никакой ответственности.

Вы же знаете американские законы, источники они не сдают, не раскрывают, всего-то было несколько случаев, когда источник был раскрыт. Ну или как-то обозначен в ходе суда, но для этого всю судебную систему надо поставить на дыбы. А так вбросили, никто ни за что не отвечает, поехали дальше. На следующий день опять вбросили, не успели разобраться со старым, тут уже новое. Итак во всём.

Второе. Даже если в недрах международного уголовного суда что-то такое готовится, то для нашей страны это нечто не будет представлять ровным счётом ничего, не будет иметь никакого значения, в том числе с правовой точки зрения – Россия не является участником Римского статута Международного уголовного суда и обязательств по нему не несёт. Поэтому с данным органом Россия не сотрудничает, а возможные «рецепты» на арест, исходящее из Международного уголовного суда, будут для нас юридически ничтожным».